понедельник, 30 марта 2015 г.

2042 (часть 4)

Глава 2


– Пойдём, ты мне нужен, – голова Евы показалась в дверном проёме каюты Уинстона, – и раритет свой захвати.
– Это не раритет, железо внутри вполне новое, – парировал Уинстон, не заметив шутки.
– Дело не в железе. Все нормальные люди уже лет 20–30 используют планшеты для этого, а ты смотришься как хакер из старых фильмов с этой штукой. Вообще удивительно, зачем их до сих пор производят. Ладно, собирайся, жду тебя в грузовом отсеке.
– Зачем? – спросил было Уинстон, копаясь в своём рюкзаке, но Ева была уже достаточно далеко от каюты, чтобы не услышать. Или чтобы просто не возвращаться по таким мелочам.


Через десять минут Уинстон уже сидел в задней части Р-6, укутавшись в многочисленные провода, с излишне увлечённым лицом и паяльником в правой руке. По всему отсеку стоял устойчивый запах канифоли.
– Сколько ещё времени тебе надо?
– Не видишь, я работаю? У меня нет разъёмов для всевозможной техники, поэтому придётся немного подождать.
– А вообще хоть получится?
– Не мешайся, пожалуйста, – немного резко ответил Уинстон, – эту машину я вижу впервые, но я собирал штуки в разы сложнее этого ведра на колёсах, так что просто встань где-нибудь вон там и помолчи пять минут.
Ева было открыла рот, но сказать ничего так и не смогла. Этот ботаник в обществе людей и в обществе машин – два совершенно разных человека. С людьми он был неуверен и замкнут, но вот теперь вполне был похож на профессионала, достойного занять место в её небольшом отряде, какая бы миссия перед ними ни стояла на самом деле.
– Готово, – сказал Уинстон через пару минут, откладывая паяльник и запуская какие-то программы на ноутбуке. – Что ты хочешь узнать?
– Всё, – вышла из своих раздумий Ева, – год выпуска, год последнего ТО, приписку к воинской части, наличие и мощность ретранслятора радио-сигналов от НКИ, если есть какой-то бортовой журнал – мне нужно его почитать.
– Итак… Год выпуска – 2035, последнее ТО было всего месяц назад, ретранслятор есть, он средней мощности, по моим расчётам километров на 500. Остального нет, поля пустые.
– А что делали на ТО, можно узнать? В семь лет – не совсем плановое обслуживание, а каких-то признаков боевых действий я не вижу. Вообще никаких признаков не вижу – внутри как будто никого и не возили, сидушки совсем новые. Это явно штабная машина.
– Сложно сказать, что менялось, всё стёрто.
Ева стукнула кулаком по стальной перегородке, звук эхом разнёсся по отсеку и явно вышел за его пределы. Было громко, больно, но она не дёрнула даже кончиками губ.
– Что тут у вас происходит? – голос Отто шёл от входа в отсек. – Почему кого-то бьют головой о броню, а я не в курсе?
Он залез в машину, и сержант молча показала ему сбитый кулак.
– И что же вызвало такой приступ ярости?
– Отто, я хотела узнать, откуда этот Р-6, что он из себя представляет, но всё, что нам удалось узнать – было внеплановое техобслуживание месяц назад, но никаких подробностей нет.
– Не вижу проблемы, – спокойно ответил Отто.
– А вот мы видим, и я – в особенности, – осторожно вклинился Уинстон, – дело в том, что по протоколу все изменения должны быть занесены в журналы, и то, что журнал умышленно подчищен – явно неслучайно.
– Серьёзно? – заулыбался Отто. – Вы что, армию только по фильмам знаете? Посмотрите на эту машину – она явно не новая, но следов использования почти нет. Краска снаружи где выцвела, а где вообще облупилась, а в башне пауки живут. Этот БТР явно стоял в ангаре на окраине какого-нибудь Кукурузвиля, раз в год катая местного майора в центр на очередной военный парад на радость селянам. Я сомневаюсь, что тут кто-то реально что-то делал, скорее просто галочку поставили.
– Да, а почему и как эта штука оказалась в нашем контейнере? – не унимался Уинстон, хотя его уверенность в себе с появлением второго человека поблизости явно уменьшилась.
– Ну я же сказал – армия. Был у нас как-то случай, когда полку, базирующемуся в Нигерии, прислали целый самолёт с тепловыми пушками. Вместо…
– Мы уже поняли твоё мнение, – прервала его Ева. Я не отрицаю возможность ошибки, но лучше бы как-то проверить.
Легко. Тут всё в пыли, масле и старой, ещё заводской краске. Ищите чистые места и оцарапанные ключами болты.

Прошло ещё три дня. Джон лежал на кровати в своей каюте. В слабо освещённой комнате вряд ли можно было заметить мелкие точки, бегающие по радужке его глаз. Будучи сержантом Службы Безопасности Международного Совета по Освоению Космоса, он имел немного иные возможности относительно простых граждан.
Встроенные мини-компьютеры с нейрокомпьютерным интерфейсом были доступны всем, кто имел пару тысяч американских долларов, ещё около десяти-пятнадцати лет назад, но до сих пор их гражданские версии сильно ограничены малыми размерами чипа, который имплантируется в черепную коробку за правым ухом. К мини-компьютеру такого класса можно подключить по беспроводной связи очки с камерой и небольшим диспеем, наушники, смартфон и т. п., но обычно их применение дальше сёрфинга в Овернете, выкладывания фотографий в соцсети и IP-телефонии не уходит.
У Джона же был военный экспериментальный образец. Чип был немного больше, гораздо мощнее и обладал собственной постоянной памятью в 1 ТБ, в отличие от продаваемых гражданских образцов, работающих только с облаком Корпорации. По вычислительной мощности он был лишь немного слабее ноутбука Уинстона. И для просмотра и записи информации очки Джону не требовались из-за имплантатов в глазах.
И сейчас Джон не просто смотрел в потолок, он читал. Уже который раз он пролистывал документы, связанные с заданием. Данные его напарников, информацию о базе колонистов, досье самих колонистов, журналы общения между центрами связи Земли и Цереры и прочее. Ничего полезного. По крайней мере пока. Хотя нет, какая-то странность непременно есть, он чувствовал это, но не мог объяснить. И разгадка явно была в этих документах.
– Хватит спать, сержант Смит, – с другой стороны двери размашисто и громко постучались.
– Я не сплю. Входи, открыто.
Дверь пикнула и отъехала в сторону, на пороге стояла Лея с большой спортивной сумкой.
– Соседи громко слушают музыку, и ты решила переселиться ко мне? – улыбнулся Джон.
– Не, от тебя до столовой далеко. Я по другому поводу, – Лея решила выдержать паузу.
– И по какому? – попытался выразить интерес Джон.
– Я к тебе с просьбой. Не хочешь побыть моим спарринг-партнёром? А то мы тут уже четыре дня только едим и спим, я так форму потеряю. Я, конечно, хотела бы предложить это сержанту Хайн, но она в грузовом отсеке всё пытается доломать наш транспорт.
– А Отто?
– В баре. Алису и Уинстона я исключила, остался ты. Тут ничего сложного, если ты вообще не умеешь драться, хотя бы надень вот эти специальные перчатки, а я буду в них бить, – с этими словами она залезла в сумку и достала полный комплект для занятий рукопашным боем: шлемы, нагрудники, перчатки и лапы для отработки ударов.
Джон слабо ухмыльнулся и стал облачаться в тренировочный доспех. Он прекрасно понимал, что Лея хитрила. Даже Алиса знала, что все военные обязательно проходят курс рукопашного боя, а уж сержант точно не мог «не уметь драться». Да и Еву, на самом деле, было несложно попросить – всё равно большую часть времени она либо ходила туда-сюда по отсеку, либо стояла над душой у Уинстона, вызывая у него то покраснения кончиков ушей, то приступы гнева. А значит, она просто хотела прощупать Джона, так сказать, поглубже, на случай разных непредвиденных обстоятельств. К счастью, и сержант Смит был не дурак, если где-то в СБ МСОК учат спаррингам в поддавки, то он явно был отличником. С одной стороны, он не делал слишком уж явных ошибок, чтобы не вызывать подозрений, с другой – позволял Лее быть на шаг впереди, за исключением тех моментов, когда она сама слишком уж явно поддавалась.
В один из таких моментов Лея слишком медленно и неточно для её уровня подготовки решила пробить прямым в голову, но Джон отшагнул в сторону и отвёл удар левой рукой. Девушка по инерции продвинулась вперёд слишком далеко, подставляя спину, и Джон не мог не воспользоваться таким преимуществом – правой рукой он толкнул Лею в направлении кровати и сам прыгнул следом, проводя захват. Лея игриво взвизгнула и начала трясти руками и ногами. Собственно, только её руки и ноги из-под сержанта и были видны.
– Ой, извините, тут было незаперто, не хотела вам помешать, – раздался голос Алисы.
– Ты нам не мешаешь, заходи, – откуда-то снизу буквально выдавила из себя Лея. – Слезь уже с меня, ладно, ты победил.
– Так-то! – сказал Джон и встал рядом с кроватью, начав снимать перчатки.
– Но по очкам – я круче! – резко выкрикнула Лея и сделала подсечку настолько искусно, что Джон сразу и не понял, как оказался на полу. В принципе, он мог вскочить и показать этой женщине, кто на самом деле круче, но текущая ситуация вполне вписывалась в его стратегию. Пусть пока думает, что сильнее, ей же хуже.
– Ты же не просто так пришла? – спросил он Алису, пока даже не пытаясь встать.
– Через полчаса мы пройдём недалеко от «Либерти-2», я думаю, всем будет интересно поглядеть на него вживую.

Тяжёлый крейсер «Либерти-2» патрулировал территорию, немного выходящую за орбиту Луны. Несмотря на то что резкий скачок развития космических аппаратов, а равно и возможность летать в космос практически кому угодно, произошёл около 20 лет назад, первые космические пираты уже появились. Сначала их никто не воспринимал всерьёз: хорошие корабли были доступны только крупным корпорациям, госслужбам и армии, так что редкие пираты могли лишь обокрасть сломавшийся челнок с гелием-3. Но позже они стали вполне серьёзной угрозой, и с ними пришлось считаться. Крейсер для борьбы с пиратами подходил как нельзя кстати – он выражал собой всю мощь военных технологий цивилизованной половины человечества. Спроектированный явно под влиянием земных истребителей, «Либерти-2», конечно же, не мог заходить в атмосферу планеты, он был слишком большой, но крылья у него были – два огромных прямоугольных крыла в задней половине корпуса, на которых даже в полумраке космоса можно было разглядеть многочисленные стволы орудий.
– А Луну он может взорвать? – неожиданно спросила Алиса.
– Вряд ли, – коротко ответил Джон.
– А если из всех пушек разом выстрелит?
– Это невозможно, – Уинстон поправил очки, – все подробности об этом классе кораблей засекречены, но там скорее всего лазерные и рельсовые орудия плюс ядерные ракеты. Сложно сказать о размере корабля, нет никаких ориентиров, но, учитывая современные достижения человечества, я думаю, он около километра длиной, это много конечно, но в сравнении с Луной он – песчинка.
– А вот пиратам хватает и одного залпа, – улыбаясь, сказала Ева. – Пойдёмте в баре посидим немного, а то от Р-6 у меня уже мозги набекрень.
– Потому что нет в нём ничего такого, – Уинстон неожиданно не стал поддерживать теорию заговора, чем удивил остальных, – это просто ошибка. Совпадение.
– Совпадений не бывает, это мы не там ищём, – отрезала Ева и зашагала в сторону бара.

Десятый день начался со звонкого шлепка по лбу и крика Уинстона на весь грузовой отсек:
– Эврика!
Евы в отсеке не было, но уже через 10 секунд она стояла рядом, изображая удивление и любопытство одновременно.
– Ну что там, Уинс? Нашёл?
– Да! Ну мы дураки, – он был явно перевозбуждён. – Мы столько времени искали вчерашний день! – он расхохотался, да так, что Еве пришлось его тормошить.
Через минуту в отсеке были все члены отряда, а также Зеленски, который первым и начал:
– О-о-о, парниша совсем с катушек съехал. Может, за доктором сбегать?
– Не надо, мне уже лучше, – застенчивость Уинстона вернулась на место. – Ева, смотри: мы проверили всё, кроме одного – сервисного люка с доступом к бортовому компьютеру, который я открыл первым и куда подключён мой ноутбук.
– И?
– Ну смотри же, – он посветил внутрь фонариком, якобы она могла понять, что не так в этой каше из печатных плат и проводов.
– Не вижу, – ответила растерявшая энтузиазм Ева, остальные, стоявшие за их спинами, согласно кивнули.
– Вы совсем слепые? Все платы чёрные, а вот этот модуль – тёмно-зелёный, он явно не отсюда. А теперь – фокус! – с этими словами он засунул руку в нишу и осветил плату сбоку.
– Что за?.. – только и смогла сказать Ева, сделав такое лицо, будто увидела приказ о своём увольнении из ВС. С позором.
Алиса улыбнулась будто бы хорошей шутке. Остальные пока никак не среагировали. На плате маркером было написано «Vive la Résistance».

Продолжение следует...